Это небольшой отрывок из популярной книги Роберта Блая, американского поэта и философа, лидера американского движения за восстановление у мужчин права и возможности быть сильными, маскулинными, не феминизированными.

Книга называется «Железный Джон» (Iron John). Она посвящена ритуалам инициации, перехода из состояния мальчика в состояние взрослого мужчины. Книга оставила большой след, но этот отрывок как-то особенно отпечатался в моей душе. Поэтому я решила им поделиться.

*******

Когда не хватает отца

Начиная с 80-х, я участвовал во многочисленных собраниях, которые мы проводили для мужчин, и в сотнях вариаций неизменно слышал «мне не хватает отца». Словно отец является чем-то материальным, как соль, которой когда-то было недостаточно, или как подземные воды, упавшие местами до нуля. Как сказал один молодой человек: «Отец – этот тот, кто шуршит газетами в гостиной».

Что делать сыновьям, когда не хватает отца, когда уровень «отцовских вод» падает слишком низко? Бурить дополнительные скважины, ограничить потребление, создать тайные запасы, дистиллировать материнские воды, чтобы получить отцовские?

В традиционных культурах, существующих и по сей день, отца много. В таких культурах мальчик, юноша ежедневно общается со взрослыми мужчинами, в той или иной мере играющими отцовскую роль. Дядя объясняет, как найти подход к женщине. Дедушка рассказывает истории. Воины учат обращаться с оружием, приучают к дисциплине. Старейшины обучают ритуалам и реалиям духа. Все они – почетные отцы для юноши.

Бруно Беттельхейм заметил, что в традиционных культурах нет фрейдовской парадигмы ненависти между отцами и сыновьями. Молчаливое напряжение между сыновьями и отцами в Вене, которое Фрейд считал универсальным и основанным на сексуальной ревности, было характерно именно для Вены конца 19-го столетия.

В большинстве племенных культур отцы и сыновья удивительно терпимы друг к другу. Сыну нужно многому научиться, и отец проводит с ним долгие часы. Они вместе изготавливают стрелы, чинят охотничье снаряжение, выслеживают хитрого зверя. Когда они долго находятся вместе (что и сейчас случается между некоторыми сыновьями и отцами), происходит передача некоторой субстанции, словно пищи, от тела взрослого мужчины к телу юноши.

Современный ум предпочел бы назвать такой обмен между отцом и сыном подражанием, выработкой сходства во вкусах и взглядах. Но я думаю, что происходит физический обмен, передача субстанции непосредственно клеткам. Тело сына, не его ум, получает эту пищу, тело отца отдает ее на бессознательном уровне. Клетки сына получают внутреннее знание, как быть взрослым мужчиной. Знание о том, на какой частоте вибрирует мужское тело. Он ощущает, как поют клетки взрослого мужчины, как танцуют мужские молекулы – завораживающие, элегантные, одинокие, смелые, немного застенчивые.

В течение долгих месяцев, которые сын провел в утробе, его тело настроилось на женские частоты. Оно знает вибрации, излучаемые женщиной, кто кому поклоняется в этом резонансном поле, какие животные бегут через заросшую травой просеку, к чему прислушивается тело по ночам, какие страхи находятся вверху, какие — внизу. К моменту рождения и после него тело сына становится очень надежным приемником для верхних и нижних частот материнского голоса! Сын либо настраивается на эти частоты, либо умирает.

Теперь, находясь рядом с отцом, занимаясь починкой стрел или плуга, промывая поршни в бензине или помогая животным на ферме во время родов, сын получает возможность настроиться на другую вибрацию. Постепенно, в течение нескольких месяцев или нескольких лет, его струны начинают резонировать с мужскими вибрациями. Жесткими, порой слишком требовательными, насмешливыми, не шибко почтительными, нетерпеливыми, самоуверенными, напористыми, любящими побыть в тишине. Как клетки мужчины, так и клетки женщины несут в себе чудную музыку, но для сына очень важно резонировать не только с женскими частотами, но и с мужскими.

Сыновья, не испытавшие такой перенастройки на мужские частоты, всю свою жизнь испытывают голод по отцу. Я думаю, что слово «голод» удивительно точно подходит для описания этого чувства: тело юного мужчины нуждается в соли, в воде, в белках. Если голодающему телу белок не поступает, то оно начинает поедать само себя, уничтожая мышечную ткань. Такие голодные сыновья стараются находиться поближе к мужчинам старшего возраста, словно бездомные возле котла с бесплатным супом. Как и бездомные, они стыдятся своего состояния, и этот не имеющий названия стыд – горький, чужеродный – никак не получается изжить.

Матери, при всем своем желании помочь голодающим сыновьям, не могут дать им эту пищу. Позже сын может искать ее у женщины своего возраста, но это также ни к чему не приводит.

************

Советую почитать:

Бодинамика, признание в любви

Тихий взрыв: путь мужчины в современном мире

Мужские иллюзии Михаила Жванецкого

Крепкий, сильный, выносливый

.