У нас был Большой Офис — частный дом в два уровня с цокольным этажом. Такой основательный, купеческий. Натуральное полированное дерево в отделке лестниц, ступеней. Огромные розы в саду. Мы его таким купили. На верхнем этаже прежние хозяева застеклили рамы зеркальными стеклами, в которых отражались облака и небо.

Офис по ночам охранял мой двоюродный брат Дамир, тогда ещё студент. Утром он время от времени подбирал мертвых птиц, разбившихся об эти зеркальные окна. Они путали их с настоящим небом и врезались в окна на всей скорости. Падая камнем вниз.

Какая метафора современной культуры, активно продающей иллюзии.

Так разбивались мои мечты, пока от них ничего не осталось. Наверное, мечты Дамира разбились так же. Он, кстати, все время сжигал еду на кухне, когда подогревал ее вечером. Повар Роза Викторовна, аккуратная немка, все время его журила. И любила.

Дамира любили все.

Как его не любить? Солнышко.

Ласковый, родной, балдежный.

Об этом я неожиданно вспомнила 20 июля 2019 года, через тринадцать лет после того, как Большой Офис сравняли с землёй бульдозерами и вырыли котлован под огромный жилой комплекс. Наверное, его тоже построят с зеркальными окнами.

Тогда, 20-21 июля 2019 года стало грустно и обессиленно. Я вела Мастерскую «Лёгкие деньги». Понимала, что нужен отпуск, чтобы переработать энергии. Отключилась от всех сетей и телефонов, вообще ото всех контактов, кроме одного — любимый жил со мной вместе. Просто спала две самые трудные недели каждого года. Конец июля, начало августа. Когда умирают многие. Мои папа и мама в том числе умерли в это время.

Я спала, меня трясло, шли видения. Было трудно, но продышала. Любимый вдруг решил уехать насовсем. Теперь я знаю, что если тебе делают очень больно — это Божественное теперь уже силой заставляет тебя отпустить кого-то.

В субботу 9 августа пришла посылка с тканями (шитье — любимое занятие). Отправительница подложила чёрное кружево, приколола к нему булавкой надпись «сюрприз». От посылки шла неприятная тяжкая энергия. Я прежде дважды в посылках с тканями получала в подарок чёрное кружево. Перед смертью мамы и ещё одного человека. Увидев кружево, поняла, что Тонкий мир меня предупреждает. Будет «сюрприз».

В воскресенье под утро приснилось, что подруга вызывала мне скорую, так как «у мамы» был инфаркт. Я проснулась, пять утра. Пошли гулять с Точкой. Меня шатало. Оказывается, давление зашкаливало и сердце онемело.

Во вторник любимый человек собрал свою сумку. Надарил подарков. Мы варили суп, оба плакали. В обед он уехал.

Проводив его до двери, я вернулась, завернула чёрное кружево с приколотым словом «сюрприз» в сухой шалфей, сожгла в печке. Так было надо. Пошла почитать книгу. Комната неожиданно заполнилась черно-коричневой энергий, невыносимо тягостной. Это случилось часа в четыре. Началось отзевывание. Перед глазами плыло лицо моей тети, мамы Дамира, со странной безумной улыбкой.

Я встала, вышла с Точкой погулять, увидела, как во дворе по распоряжению хозяйки дома сдирают кожу с двух живых пальм. Я подумала — а, эта жуткая энергия идёт от их боли. Отругала на всех трёх языках хозяйку, ее мужа и их помощника, сказав им, что они по сути жестокие уроды. Пошла к любимой сосне и неожиданно начала жутко рыдать от боли в сердце. Прямо на улице возле дерева. Мне казалось, что плачу за пальмы.

Вернулась домой зареванная. Хозяйка, ее муж и помощник сидели во дворе притихшие. Им было стыдно. Я поднялась в мою квартиру под крышей.

Тонкий мир усиливает боль, пытаясь вынуть кого-то из сердца. Заставляя отпустить.

Дома меня ждало сообщение:

«Дамир погиб.

Его убило электрическим током».

Ему было тридцать семь.

Смерть близких родственников мы ощущаем за тридевять земель. Я была в Оваджике, в Турции. Дамир в Алмате. У него были свои отношения с Огнем. Огонь помог ему умереть, когда пришло время.

Переплетение чувствования, мистики и трудного знания о том, что все имеют право уйти на другую сторону, когда пришло их время. Жертв нет. Смерть — выбор. Держать никого нельзя.

PS. Любимый человек вернулся вечером ровно на девятый день после смерти Дамира. Метафизика.